Глава 11
В село мы вошли ранним утром, когда крестьянин уже проснулся, но еще не раскочегарился. В лучших бандитских традициях на главную площадь согнали местных жителей. Попинали некоторых для острастки – не слишком сильно. Заперли в пустующем амбаре с десяток человек, в том числе председателя сельсовета, объявив, что по решению надрайонной безпеки все они будут казнены за связь с большевиками.
Тут и пошли откровения. Председатель сельсовета напросился на разговор, валялся в ногах и твердил, что всей душой за батьку Бандеру. Что в селе много таких, как он, и даже имеется ячейка юных помощников. Сыпал фамилиями, а в конце сообщил, что к нему постоянно приходят из леса. Из отряда Черемыша, которому он от души помогает всем, чем только может.
На что Крук, умело играющий командира боевки безпеки, сказал, что знать ничего не знает, у него поручение референтуры. И кто в списке числится, тех и повесят.
А ближе к вечеру заявились бандиты. Почти два десятка человек, разношерстно одетых и разномастно вооруженных. Рожи весьма сытые. Похоже, председатель сельсовета не лукавил, и кормили здесь этот сброд щедро.
Ну а дальше притирка и приценка. Подержали мы немного друг друга на мушке, обозначились кто есть кто. Залюбовался я Круком: когда он представлялся референтом безпеки, то от него исходило такое жестокое высокомерное презрение к окружающим его людишкам, что даже мне не по себе становилось. А что, такие они и есть, судьи и палачи пресловутой службы безопасности, при одном упоминании о которых у людей в селах нервная икота начинается.
Худощавый, долговязый, деревенского вида мужичок представился командиром отряда Черемышем и тут же в категорическом тоне потребовал освободить арестованных, потому как это его село и это его люди. И только ему решать, кого здесь повесить.
– Твои люди? Твое село? – изумился Крук. – А пошли-ка это обсудим.
Я, Крук, мой старый и надежный помощник еще по разведгруппе старший сержант Белоусов, пара пришлых бандитов всей толпой отправились в здание сельсовета, где нам то ли от страха, то ли от почтения накрыли щедрый стол. Между тем бойцы с обеих сторон были напряжены и не убирали рук от оружия.
В хате бандитский вожак опять напирал, что он в этих лесах и деревнях единственный хозяин. А Крук холодно интересовался, почему ему не указ решения провода ОУН и командования УПА? Тогда его надлежит расценивать не как повстанческое войско, а как банду, с которой разговор короткий, как и с большевиками.
Тут запал у Черемыша как-то потух. Стать врагом не только большевикам, но и ОУН – это очень изощренный способ самоубийства. Поэтому тон он сбавил. И вскоре уже клялся в верности организации и вышестоящим командирам.
В общем, бандиты расслабились. Половину задачи мы выполнили – неуловимую банду из леса выманили. Теперь вторая часть – ликвидация. А вот тут имелись сложности.
Мы прорабатывали несколько вариантов нейтрализации банды. Напрашивалась идея перестрелять их и перерезать в расслабленном состоянии. Но как себя поведут мои бойцы?
Это была первая боевая вылазка нашей КРГ. Цель состояла не только в ликвидации банды, известной своими кровавыми похождениями, но и в спайке команды, проверке в деле и в повязывании всех бандеровской кровью. И я прекрасно понимал, что вероятность получить пулю в спину от своих же крайне велика. Переклинит у моих бандеровцев что-то в голове, и, позабыв обо всем, пойдут они воевать за Свободную Украину в расчете на то, что грехи им спишут за скальп уполномоченного НКВД.
Решили мы действовать по второму варианту. Крук объявил приказ командования группы «Север» УПА: отряду Черемыша выйти в условленное место на соединение с другими подразделениями для участия в нападении на пригорьинские воинские склады.
Тут у главного бандита слюнки потекли. Все же его ватага поизносилась, поиздержалась, да и с оружием обстояло неважно. А склады это как копи царя Соломона. В общем, он купился.
Выходить решили к месту вместе – так легче отбиться, если напорешься на злых «кацапов». И вышли.
Дальше мы их просто завели в засаду, где ждала верная моя разведывательная группа. Там и положили всю банду – жертвы даже пикнуть не успели. При этом я внимательно смотрел за своими бандитами. Часть азартно палила по бывшим соратникам. Другая часть явно отлынивала.
В плен не брали никого. Сам Черемыш пал первым. Как это ни жестоко, но своим бандитам я приказал добить раненых бандеровцев. Не тащить же их через лес. Да и вязать кровью надо крепко.
Первая операция моей КРГ увенчалась успехом. Не каждый день удается уничтожить полноценную банду.
А потом пошли один выход за другим. Мы разрабатывали всякие комбинации. Выявляли связников, пособников бандитов. Работали, не жалея сил…